-- Здравствуй, дарагая! Пашли, пашли. .. Марина вылезла, слегка укачанная быстрой ездой, с облегчением вдохнула прохладный бодрящий воздух.
-- Пашли, пашли, Маринэ, там Володя с Варданом! Ты с Юлей знакома? Его смуглая рука крепко держала Марину под локоть. -- Нет, не знакома, -- пробормотала она и остановилась у стеклянных дверей, -- Знаешь, Самсон, софт для n76 я... я нездорова и посидеть с вами не могу. Тороплюсь я.
-- Как? -- удивленно заблестели черные глазки. -- Да, да.. . -- как можно серьезней и тверже проговорила она, освобождая руку.
-- Больна? -- все еще продолжал удивляться Самсон. --Да.
-- Ну как же.. . ну давай пасидим. .. -- Нет, я не могу.
Чтоб разобраться, почему попытки наглядно представить социально справедливое общество оказывались "в обратном отношении к историческому развитию", наверно, следует обратиться все к тому же, что "обуславливает все процессы жизни вообще",-- к меняющемуся характеру труда, который образует человека.
* Кстати уж и о классах, если заговорили. Один из авторов всЈ того же "Сборника" -- Шестакова, по материалам 20-х и начала 30-х годов "делает странный вывод о сходстве социального состава в буржуазных тюрьмах и у нас": к еЈ собственному изумлению оказалось, что и тут и там софт для n76 сидят. .. трудящиеся. Ну, конечно тут есть какое-нибудь диалектическое объяснение, но она его не нашла. Добавим от себя, что это "странное сходство" было лишь несколько нарушено 37-38-м годами, когда в лагери хлынули люди высоких государственных положений.
- Зато я с вами.
Силу б свою вынуть, боль на себя принять, но как?. . Что делать? - Любушки! Ведь мать же у него есть! Чья-то кровиночка. .. Вот оно, горюшко-то, не знамо, когда придет! - разливалась старуха.
Темные на странно розовом лице губы парня дернулись, софт для n76 обнажив стиснутые белые крупные зубы. Парень процедил:
Серым, непогожим днем Петровы возвращались в Луганск. В купе сидели втроем. Щуплая седая женщина лег шестидесяти, их попутчица, переводила взгляд с Сергея на Таню, с Тани на Сергея и украдкой вздыхала. Всем было неловко, и потому молчали.